Скандал вокруг нового «Гамлета» в МХТ имени Чехова продолжает раскалывать театральное сообщество. После резкой критики со стороны Олега Меньшикова свою позицию впервые озвучил Константин.
Театральный «Гамлет» в МХТ имени Чехова с Юрой Борисовым в главной роли уже вторую неделю остается одной из самых обсуждаемых премьер. Постановка вызвала настолько полярную реакцию, что спор о ней вышел далеко за пределы профессионального сообщества. Зрители, критики и актеры разделились на тех, кто видит в спектакле обновление классики, и тех, кто считает его радикальным отходом от Шекспира.
Особенно громко прозвучала реакция Олега Меньшикова, который после просмотра не скрывал своего удивления и резко оценил увиденное. По его словам, некоторые трактовки постановки больше напоминают современный эстрадный формат, чем классическую драму, и он с иронией отнесся к попыткам наделить спектакль глубокими смыслами, называя его скорее «современной вариацией КВН», чем традиционным прочтением великого текста.
На фоне разгорающейся дискуссии внимание публики переключилось на художественного руководителя МХТ Константина Хабенского — именно ему адресовали большую часть критики за то, что он допустил столь неоднозначную постановку на сцену театра. В ответ на волну обсуждений Хабенский решил подробно объяснить свою позицию и подчеркнул, что изначально был в курсе концепции режиссера Андрея Гончарова и его видения спектакля с Борисовым в главной роли.
«Для меня современный »Гамлет» — это история перехода из детства во взрослый мир. Мир взрослых правил. Но при этом очень хочется сохранить в себе ребенка», — объяснил Константин Юрьевич порталу «Бизнес-online».
Хабенский также признался, что не считает всплеск критики чем-то неожиданным. Напротив, он видит в противоположных реакциях — от восторженных до резко отрицательных — важный показатель того, что спектакль уже начал жить своей жизнью. По его словам, постановка только сформировалась как премьера и неизбежно будет дорабатываться, учитывая реакцию зрителей и профессионального сообщества. Он отметил, что отсутствие равнодушия — это уже достижение для современного театра, где тишина порой опаснее критики.
Худрук МХТ отдельно подчеркнул, что работа над подобными проектами — не случайный эксперимент, а результат системной лабораторной программы театра. В последние годы в МХТ активно развивалась творческая инициатива по поиску новых режиссеров, драматургов и форм сценического языка, которая стартовала еще в 2017 году в Казани в рамках «Артхаба». Затем эта практика продолжилась уже в стенах МХТ имени Чехова и стала основой для появления новых постановок, среди которых он упомянул и «Гамлета», и «Кабалу святош». В рамках этой работы театр целенаправленно знакомился с новыми авторами и художественными подходами, формируя обновленную репертуарную линию.
Также Хабенский объяснил, что современный театр неизбежно связан с переосмыслением классических текстов. По его словам, каждая постановка — это не буквальное следование первоисточнику, а авторский взгляд режиссера, который может включать современные элементы и новые драматургические решения, если это помогает раскрыть идею спектакля и сделать ее ближе сегодняшнему зрителю.
Отдельно Хабенский прокомментировал и саму концепцию «Гамлета», подчеркнув, что постановка изначально создавалась как диалог с современностью. Он отметил, что спектакль длится менее двух часов и в этом формате режиссеру важно было сконцентрироваться на главных смыслах, а не на полном воспроизведении классического текста.
«Я принимаю этот подход. Я вижу в нем новый взгляд, новое дыхание, новое отношение к великому Шекспиру. Ведь любой »Гамлет» — это только повод поговорить о человеке и человеческих отношениях. Тот »Гамлет», который шел в Московском художественном театре 21 год назад, был совершенно другим (Хабенский в знаменитом »Гамлете» Юрия Бутусова играл Клавдия): другой театральный язык, другие герои, другое театральное мышление. Сегодняшний спектакль длится всего 1 час 45 минут, и режиссеру этого достаточно, чтобы высказаться о том, что волнует именно его», — отметил Константин Юрьевич.
Худрук также пояснил, что каждый режиссер приходит в театр со своим самостоятельным художественным высказыванием, и задача — не ограничивать, а поддерживать авторский взгляд, даже если он расходится с привычными ожиданиями зрителя.
«Точно так же и с »Гамлетом». Когда Андрей Гончаров пришел ко мне с идеей спектакля, он уже видел в главной роли Юру Борисова. Я только воспользовался этой ситуацией», — говорит Хабенский.
На фоне споров свою позицию высказал и Евгений Цыганов, который встал на защиту постановки. Он отметил, что попытки жестко регламентировать театральное искусство и вводить универсальные правила допустимого и недопустимого могут привести к опасному ограничению творческой свободы. По его мнению, театр по своей природе не может существовать в рамках фиксированных норм, иначе он потеряет живое дыхание.
Цыганов также отметил, что в профессиональной среде важно опираться прежде всего на внутренние критерии качества и художественной честности, а не на внешнее давление или ожидания аудитории. Он напомнил, что в конечном счете создатели спектакля сами лучше всех понимают, удалось ли им реализовать замысел.